С промышленниками Санкт-Петербурга мы всегда шли плечом к плечу

Интервью В.Н. Цыбанева журналу Союза промышленников и предпринимателей  Санкт-Петербурга «Санкт-Петербург предлагает» к 30-летию деятельности СПП СПб

В.Н. Цыбанев

— Образование НАПП и СПП СПб было вызвано обстановкой, сложившейся в нашей стране в то переломное время. Как происходило образование НАПП?

— Нижегородская ассоциация промышленников и предпринимателей была создана в 1989 году. В начале июля состоялась учредительная конференция объединения, собравшая более сотни  руководителей предприятий и организаций. А 9 октября 1989 года решением  исполкома областного совета народных депутатов был зарегистрирован устав нашей Ассоциации, что по правилам того времени позволяло открывать счет и начинать деятельность в качестве юридического лица.

О социально-экономической обстановке того периода, о реформах, начавшихся в стране с приходом Горбачева  на пост генерального секретаря ЦК КПСС, сказано и написано довольно много, мы к 30-летию НАПП выпустили книгу, в которой анализу этой обстановки отведено несколько глав. Поэтому здесь я выделю лишь те моменты, которые, на мой взгляд, сыграли в то время наиболее важную роль в создании директорским корпусом Ассоциации.

Дело в том, что в Горьком (историческое имя Нижний Новгород было возвращено  городу в 1991 году), закрытом промышленном центре Советского Союза, на протяжении многих десятилетий складывалась своя система управления. С шестидесятых годов и вплоть до 1991 года в Горьком не было ни одного первого секретаря обкома партии, который бы не имел за плечами серьезного производственного опыта. Руководители нашей области, прежде чем стать во главе обкома, проходили большую промышленную школу на крупнейших предприятиях города, работая на уровне генерального директора или директора производства. Областью руководили выходцы из промышленной среды, инженеры и по образованию, и по образу мысли. Говоря языком современного бизнеса, со второй половине XX века нижегородские промышленники держали в своих руках «контрольный пакет акций». То есть, власть принадлежала промышленникам, их роль в общественной жизни была весьма ощутима, их мнение всегда учитывалось при принятии тех или иных решений.

Еще в начале восьмидесятых годов в Горьком по инициативе промышленников и при поддержке горкома партии был создан Совет директоров, в который вошли практически все руководители крупнейших предприятий региона. Возглавил Совет директоров В. И. Лузянин, к тому времени более 10 лет руководивший заводом «Гидромаш» и пользовавшийся большим авторитетом у промышленников. Кавалер ордена «Знак Почета», ордена Трудового Красного Знамени и ордена Ленина, в 1989 году Владимир Ильич был удостоен звания Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и Золотой медали «Серп и молот».

Совет был своего рода экспертным клубом, объединившим практиков, досконально знающих все проблемы промышленного производства, помогавшим властям в тех условиях организовать эффективное управление экономикой. Это был совсем не декоративный орган – в Совет входили, к примеру, директора ГАЗа и «Красного Сормова», по должности являвшиеся членами ЦК КПСС, как и секретарь обкома партии. У Совета был вес. И когда вследствие непродуманных и поспешных реформ экономика страны начала разваливаться, именно Совет директоров стал у нас основой создания структуры, которая могла предложить и реализовать сколько-нибудь осмысленные решения возникающих проблем.

Есть и еще одна особенность, способствовавшая сплочению регионального директорского корпуса в то переломное время.

В городе Горьком много десятилетий действовало территориальное управление Госснаба — это был мощный центр материально-технического снабжения, обеспечивающий потребности экономики всего Волго-Вятского региона, в который входили, помимо Нижегородской, еще Кировская область, Чувашия, Мордовия и Марийская республика. Руководителем регионального управления Госснаба в 1985 году был назначен Иван Павлович Бирюков,  один из признанных лидеров директорского корпуса, имевший  значительный производственный опыт,  до этого назначения 15 лет руководивший одним из передовых предприятий.

К управленцам Госснаба  стекались все основные нити планово-распределительного механизма, это была своего рода кровеносная система промышленности. К этому надо добавить, что снабженцы управления  проводили массу закупок различного зарубежного оборудования, что требовало не только знания технологий, но и квалифицированных маркетологов, способных выбрать лучшее предложение. В территориальном управлении при И. П. Бирюкове стали изучать практику рыночных производственных отношений, опыт работы акционерных обществ за рубежом, отправляли своих специалистов на стажировку за границу.

Словом, управление Горьковглавснаба было своего рода штабом реального сектора. И когда планово-распределительная система стала давать сбой, когда государство стало сокращать объемы госзаказа и закупок, именно на базе этой структуры и стали вызревать новые формы самоорганизации промышленников. Поэтому не удивительно, что начальник  управления Горьковглавснаба И. П. Бирюков в 1989 году, когда еще функционировал институт Госснаба, стал первым президентом Ассоциации нижегородских промышленников. А его заместителем был избран В. И. Лузянин, в 1991 году возглавивший Ассоциацию и руководивший ею более 20 лет.

Если же говорить об организационной стороне дела, то, как это часто происходит в подобных вопросах, вокруг Бирюкова собралась инициативная группа наиболее маститых директоров, ими и был выработан и реализован план создания объединения промышленников.

– Нижний Новгород, как и Санкт-Петербург, является крупнейшим центром ОПК России. Это как-то повлияло на формирование НАПП?

— Горький, как я уже говорил, до 1991 года был закрытым для иностранцев городом как раз в силу того, что здесь были мощно представлены предприятия и научно-исследовательские институты оборонно-промышленного комплекса. Наши крупнейшие предприятия и по сей день имеют существенную загрузку именно по  линии ОПК. В те годы у нас разрабатывалось и производилось многое: от пороха до ядерных бомб, от атомных подлодок «Барракуда» до стратосферных перехватчиков МиГ-31. Доля оборонных заказов на многих предприятиях превышала 90 % объемов производства. И именно на предприятиях ОПК со второй половины восьмидесятых годов, с запуском конверсии, глубина которой на  некоторых заводах доходила до 90 %, начался мощнейший спад производства.

Вот лишь некоторые примеры. На заводе «Красное Сормово», который в период последних советских пятилеток выпускал несколько подводных лодок ежегодно и еще 52 вида товаров народного потребления, в 1985 году работало около 28 000 человек. В начале девяностых, когда завод полностью перешел на выпуск гражданской продукции, там осталось чуть более четырех тысяч работников. И вот характерный пример эпохи: последнюю титановую «Барракуду» заводчане в девяностых годах достраивали на средства завода, полученные от выпуска гражданской продукции, потому что Министерство обороны отказалось оплачивать производство заказанной заводу атомной субмарины.

На Арзамасском приборостроительном заводе, входившем в структуру союзного министерства авиационной промышленности, работало тогда около 18 000 человек, там еще с семидесятых годов успешно велись работы в рамках программ создания советских крылатых ракет; завод специализировался на проектировании и производстве гироскопических приборов, систем управления и рулевых приводов. Такое производство требует  высококвалифицированного персонала. В результате перестроечных новаций и политики разоружения завод в 1988 году буквально за несколько месяцев потерял более 40 % объема производства, то есть более семи тысяч сотрудников предприятия лишились возможности зарабатывать на хлеб насущный.

Примеров таких масса. Нижегородский машзавод, освоивший производство легендарных систем С-300, выпускал ритмично по 12-13 установок в месяц, да еще несколько антенных постов наведения и подсветки целей. Кроме того, завод выпускали для подводного и надводного флота до шести атомных реакторов в год,  будучи единственным производителем подобной продукции в Советском Союзе. И практически в одночасье завод, владеющий уникальными технологиями, лишился всех заказов.

На «Теплообменнике», разрабатывающем и выпускающем системы жизнеобеспечения для боевой авиации, в наши дни поставляющем системы кондиционирования для МС-21, объемы производства к началу девяностых годов упали в 20 раз. Авиазавод «Сокол», где трудилось более 30 000 человек и строились знаменитые МиГ-31, остался без заказов, выживая лишь обслуживанием небольших экспортных контрактов.

Поэтому вполне естественно, что именно директора ведущих предприятий ОПК составили костяк инициативной группы по созданию Ассоциации. И совершенно справедливо будет сказать, что Нижегородская ассоциация промышленников и предпринимателей – детище наших оборонных предприятий. И сегодня треть членов Совете НАПП, руководящего органа Ассоциации,  это директора предприятий ОПК. Так что предприятия «оборонки» не только способствовали созданию НАПП, но и по сей день являются наиболее активными членами нашей Ассоциации.

— Каковы, на Ваш взгляд, главные общие черты НАПП и СПП СПб? Что дает обеим организациям 30-летнее сотрудничество и тесное партнерство?

— Наши объединения возникали как ответ директорского корпуса на слом хозяйственной системы и спад производства в последнем десятилетии прошлого века. И главной целью этих сообществ, а здесь еще надо назвать Ассоциацию Татарстана, созданную в начале 1990 года, первейшей задачей стало сохранение промышленного потенциала при колоссальном спаде объемов производства. И в Санкт-Петербурге, и в Нижнем Новгороде директора заводов сплотились и занялись одним и тем же: спасением промышленных предприятий, активной работой по минимизации потерь и стабилизации социально-экономической обстановки. Причины кризиса были понятны, эпицентр дестабилизации определялся и питерскими промышленниками, и нижегородскими совершенно одинаково, поэтому наше тесное сотрудничество с первых лет было предопределено.

Директором НАПП я стал весной 1991 года, и прекрасно помню опыт вашего Союза по выстраиванию отношений между работодателями, профсоюзами и региональным правительством. СПП СПб был первым из профессиональных объединений страны, кто выработал и заключил Трехстороннее соглашение, что сыграло существенную роль в стабилизации социально-экономической жизни. У нас в то время был губернатором молодой Немцов, он всячески препятствовал нашей Ассоциации в формировании подобного соглашения, но позже мы также это дело пробили.

А наша Ассоциация стала закоперщиком в решении вопросов, связанных с изменением 855 статьи Гражданского Кодекса, которая определяла, что деньги на зарплату директор мог снимать со счета в последнюю очередь, сначала необходимо было провести налоговые выплаты и прочие платежи государству. Денег у предприятий не было, все находились в долгах, а самым большим должником было государство, не оплачивавшее заводам выполненную для него работу. Потому зарплата не выплачивалась месяцами и даже годами. Тогда мы все, питерские, казанские, нижегородские, свердловские – все промышленники всех объединений страны сплотились и, по сути, принудили федеральную власть внести изменения в Гражданский Кодекс.

Если поднять архивы тех лет, можно найти массу писем, заявлений, которые промышленники и нашей Ассоциации, и вашего Союза направляли в адрес президента страны, главы правительства и руководства Думы. Там есть критика действий власти, есть конкретные предложения по решению самых острых экономических проблем. Но самое главное – там всегда видна четкая позиция промышленников, заключающаяся в том, что не может быть стабилизации обстановки и тем более развития страны, если игнорировать интересы отечественных промышленников. Мы совместно выступали за формирование  и реализацию в стране вменяемой промышленной политики. Мы никогда не были против рынка, но всегда утверждали, что в формирующихся рыночных отношениях должна быть весомой роль государства, что без его активного участия невозможно решение стратегических задач и в целом развитие отечественной промышленности. Надо полагать, что эта наша солидарная позиция была услышана, сегодня власть и промышленники не антагонисты, как было в девяностых годах. Вот это и есть результат нашего сотрудничества.

— Какие проблемы сегодняшнего дня необходимо совместно решать нашим объединениям промышленников и предпринимателей?

— Несмотря на то, что текущая ситуация в экономике страны существенно отличается от той, что была три и даже два десятка лет назад, для наших объединений задача зашиты интересов реального сектора своей актуальности не утратила. Все эти годы не уходит с повестки дня вопрос о тарифах естественных монополистов и сдерживании их роста. Мы только отбились от энергетиков, предлагавших оплачивать резервирование мощности, что существенно увеличивает нагрузку на предприятия, как возникли проблемы с водоснабжением. Затем налоговая службы иначе посмотрела на вопросы дробления бизнеса и, руководствуясь не законом, а собственной ведомственной рекомендацией, стала доначислять предприятиям огромные суммы дополнительных выплат.

Вторая тема, требующая постоянного внимания, связана с выработкой действенных мер по стимулированию отечественного производства, с развитием кооперации. И здесь мы также солидарно выступаем с вашим Союзом, совместно обосновываем необходимость мер в РСПП и российском правительстве. Многие крупные нижегородские компании, такие как ОКБМ Африкантов, Завод «Красное Сормово», КБ «Вымпел», ЦНИИ «Буревестник» и многие другие активно сотрудничают с предприятиями Санкт-Петербурга, а развитие таких партнерских отношений, расширение кооперации – одна из уставных задач объединений промышленников.

Но мы в НАПП считаем, что сейчас одной из основных задач промышленников является переформатирование финансово-экономических приоритетов. Да, сегодня в рамках нацпроектов и других госпрограмм прописан ряд финансовых и иных мер поддержки промышленности, которые способствуют развитию. И у нас в регионе, благодаря этим программам, появляются новые производства и реконструируются прежние. Но посмотрите на статистику Банка России, и вы увидите,  что год от года сокращается объем кредитования промышленного производства. Деньги, эта кровь реального сектора, без которой говорить о развитии вряд ли можно, становятся все менее доступны для реального сектора производства. И это при том, что в стране профицит бюджета, резервные фонды переполнены, а президент публично упрекает правительство в том, что по итогам года сотни миллиардов рублей остаются в казне неиспользованными.

И если свести к короткой формуле ответ на ваш вопрос, то нам надо:

  • заниматься проблемами улучшения условий ведения бизнеса, чтобы развитие реального сектора оказалось в приоритете;
  • вырабатывать и реализовывать действенные меры поддержки отечественного производства, тем самым повышая конкурентоспособность нашей продукции;
  • повернуть финансовый сектор с пути наращивания собственного благосостояния на путь поддержки развития страны.

Март 2020 г.

Подписаться на новости
РОР «НАПП»